Зимой 2014 года в московской школе десятиклассник стрелял из карабина, принесенному из дома, по учителю, одноклассникам и полицейским. Были жертвы. Школьника признали невменяемым и отправили на принудительное лечение. По учебным заведениям России прокатились проверки мер безопасности. Думали, этого хватит надолго.
Но через три года в течение одной недели в разных уголках России произошли сразу три школьных происшествия, в которых также пролилась кровь. И объединяет эти все события не только кровь, место действия и возраст участников. Но и странная реакция взрослых.
В первую очередь это касается позиции уполномоченного по правам ребенка на Южном Урале Ирины Буториной, которая заявила СМИ, что события в Перми и в Сосновском районе не имеют между собой ничего общего. Буторина, видимо, предполагает, что причины поножовщины, которую устроили подростки, были разными. Но и там, и здесь в ход пошло холодное оружие и пролилась кровь.
В южноуральской школе, правда, ранение школьника оказалось, как говорят, пустяковым. И хотя сама Буторина заявила, что причина конфликта между учениками была известна в руководству школы, но причины эти вовремя устранены почему-то не были. Значит, без вины взрослых не обошлось, как и в Перми или в Улан-Удэ. Впрочем, беседуя с газетчиками, Буторина еще не знала, что завтра в школе, хоть и не южноуральской произойдет еще одна трагедия с кровопролитием. Теоретически, наверное, после третьего ЧП в школе она бы и нашла между этими тремя событиями что-то общее.
Возможно, следственные органы или прокуратура вскоре выяснят, что во всех ЧП точно не обошлось без равнодушного отношения взрослых к школьным проблемам своих учеников и чужих детей. А еще одним общим во всех этих событиях и самым очевидным является то, что произошли они в школе, которая много лет, еще с советских времен, априори считалась местом очень безопасным. Видимо, теперь пришла пора эту точку зрения менять и что-то с этим делать.
А пока в школах всей страны, включая Южный Урал, снова проходят проверки мер безопасности...
Челябинск. События в Перми, Челябинской области и Улан-Удэ оказались связаны между собой местом действия и возрастом действующих лиц, но не только
